Воскресенье, 27.05.2018
Спутник туриста
Меню сайта
Категории раздела
Мои статьи [15]
Журнал «За рулем» [211]
Журнал "Турист" [784]
Информация и статьи из журнала "Турист"
Статистика
Push 2 Check

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа

Главная » Статьи » Журнал "Турист"

К вершине планеты: первый автономный поход к северному полюсу
6 мая 1989 года. Московское время — 10 часов 00 минут. Обычное весеннее утро. Правда, если обратиться к данным статистики, оно было несколько теплее обычного для Северного полюса. Всего минус четыре градуса по Цельсию, плотная облачность, туман, легкий западный ветер и предельно высокая влажность. Настолько высокая, что даже спичку в палатке зажечь было не так-то просто,— рассказывал на первой московской пресс-конференции руководитель экспедиции Владимир Чуков.

— И все же это утро, — продолжал он, — было необычным. В тот день здесь, в географической точке Северного полюса, разбила свой лагерь экспедиция «Арктика». Мы, семеро лыжников, смертельно уставших от непрерывного многочасового перехода, едва успев установить палатку, уже через несколько минут спали, как убитые, не дождавшись горячего чая. Говоря по правде, тогда мы даже не задумывались над тем, что нам все-таки удалось «натворить»…

…А совершили они то, о чем мечтали многочисленные зарубежные экспедиции, именовавшие себя то просто спортивными, то научно-спортивными. Группами и в одиночку они пытались дойти до полюса от края арктического побережья без промежуточных авиационных сбросов. Увы…

И вот советская группа «Арктика», не пользовавшаяся вспомогательными средствами, без ледовой авиаразведки и навигационного сопровождения, впервые в истории автономно достигла полюса, установив своеобразный мировой рекорд. Вполне обычные с виду парни, они полагались в пути лишь на свои силы, поддерживая связь с Большой Землей только по радио.

— Итак, позади около 1700 ледовых километров, 65 суток в условиях полной изоляции от внешнего мира и высочайших физических нагрузок (а зачастую — и перегрузок, остается добавить мне — Ю. В.), — как бы пытался подвести итоги В. Чуков. — Много это или мало? Чтобы ответить, потребуется время. А сейчас, пока, у нас ответа на этот вопрос нет. Есть только ощущение, что прожита целая жизнь, вместившаяся в 65 дней и ночей…

Чаще всего на пресс-конференции (это повторялось и позже, на других встречах с «Арктикой») раздавался вопрос, трудным ли был переход. Казалось бы, ответить не сложно. Например так: «Да, конечно, на маршруте было трудно…» Однако сказать так — значило бы не сказать ничего. Судите сами. Сорокапятиградусные морозы, почти постоянные ветры северного направления, и, как следствие этого — преимущественно встречный дрейф, «пожиравший» пройденные километры, стоило только остановиться на отдых.

Ледовые условия тоже до чрезвычайности сложные: многочисленные разводья, трещины, сплошные поля торошения, затяжные туманы. «Белая мгла» практически уничтожала видимость, затрудняла навигационные определения. Да плюс огромный, без преувеличения, вес, приходившийся на каждого участника в начале перехода и достигавший 80 килограммов (в рюкзаке и санках).

Вот так и шли все эти два месяца — на пределе возможностей почти постоянно. И все же победили в этой неравной, отчаянной борьбе. Несмотря на то, что почти каждый второй был вынужден сойти с маршрута…

Предполагали они начать свое путешествие, как и в 1987 году, с мыса Арктического. Однако неожиданно открылась заприпайная полынья, не оставив надежды на возможность стартовать отсюда. Ширина ее достигала нескольких сот метров. Пришлось идти от северо-западной оконечности острова Шмидта.

Первый «сюрприз» был уже близко: ледовый мост, на который рассчитывала группа, бесследно исчез. Сильный восточный ветер вздымал черно-свинцовые волны. Противоположный край полыньи (до него вначале было метров 100— 120) продолжал медленно удаляться. В таких условиях нельзя было даже использовать плавсредства. Оставалось на выбор лишь два варианта: ждать, когда ветер изменит направление, или еще раз стартовать, но уже с другой точки, там, где можно будет перескочить полынью.

— В тот раз, — вспоминал позже Чуков, — полынью удалось «обмануты». Итак, до Северного полюса, нашей заветной цели, осталось ровно 1000 километров, но это в том случае, если все время двигаться строго по 90 меридиану. Но, как известно, даже самолету не удастся точно выдержать этот курс на всем его протяжении — мешают то ветер, то облачность, то обледенение.

…Продвигались вперед ужасно медленно, через сплошные поля торошения, а ровных участков не было совершенно. Почти все время шли «челноком», по несколько раз преодолевая один и тот же участок: вначале с рюкзаком, затем с санками. Порой не хватало и двух ходок, ведь приходилось возвращаться (в третий раз!) за лыжами.

Позже, на встрече представителей «Арктики» с редакцией и читателями «Туриста» в здании Политехнического музея, многие присутствовавшие интересовались снаряжением. Из обстоятельных ответов участников перехода становилось понятным, что на первом этапе особое беспокойство вызывали пластиковые санки: на 45-градусном морозе они делались очень хрупкими. Хотя доставалось и деревянным лыжам «Бескид». Ремонт с каждым днем отнимал все больше и больше времени, да и не так-то просто было им заниматься в такой холод. Хорошо еще, что догадались захватить запасные сани, резиновые, с поддувным дном. Итак, уже на четвертый день перехода его участники остались с семью металлическими, четырьмя пластиковыми и двумя надувными санками…

Чуть ли не каждый день представители редакции звонили на радиостанцию, поддерживавшую связь с группой. 12 марта базовый радист Владимир Чураков сообщил, что «Арктика» накануне пересекла 82 параллель.

Во второй половине того дня они попали в зону широких трещин и разводий. Все вокруг находилось в движении. В таких условиях пользование лодкой становилось небезопасным (при 40 градусах мороза обледеневшая резина по своим свойствам напоминает стекло). Вначале еще удавалось отыскивать обходы, но вскоре они вновь упирались в открытую воду. Разводье медленно расходилось, молодой ледок по его краям был совсем слабым. А по всему горизонту — темное «водяное небо», признак непреодолимой преграды…

Из дневника руководителя экспедиции В. Чукова. 15 марта, 12 день

«…Как все-таки медленно мы продвигаемся вперед. Нужны километры, а мы барахтаемся в торосах, то и дело переходя на «челнок». Беспокоит и возможная нехватка бензина. Приходится экономить, а при таких морозах это не просто.

Сказываются обморожения, полученные многими в первые же дни. Особенно досталось Сергею Печенегову и Лене Сафонову.

Работать с фотоаппаратами они пока не могут. Тяжело и штурману Валерию Лощицу. Каждое прикосновение к теодолиту в наших условиях — это потенциальное обморожение, а ему приходится это делать по несколько раз ежедневно.

Все больше неприятностей с теплыми куртками, рукавицами. Во всем этом накапливается конденсат и превращается в лед. Наш спальник (один на всю группу) напоминает какой-то ледяной футляр, и тем не менее нам удается нормально спать, не мучаясь от холода. Главное тут, конечно, в том, что он сделан из синтетического утеплителя, который «работает» в любом состоянии. Будь у мае мешок и куртки из пуха, меха или шерсти, пришлось бы подавать сигнал "SOS” а мы пока все-таки держимся. «Греет» и надежда на то, что скоро должно потеплеть, и тогда удастся выморозить и просушить на солнце все наше теплое снаряжение. Проделать это с пуховым или меховым без жаркой печки просто невозможно».

…А потом несколько дней с ними не было связи — у специалистов это называется «непрохождение». Нервничали базовые радисты, беспокоились мы, оставшиеся в Москве. Но им-то было еще труднее, хотя к тому времени и «потеплело» до минус 32 градусов.

Из дневника В. Чукова. 19 и 24 марта, 16 и 21 дни

«…Чувствуется, как постепенно накапливается усталость, все труднее становится заставить себя двигаться быстрее, энергичнее. Это своеобразная защитная реакция на длительную высокую физическую нагрузку. Организм сам находит оптимальный режим работы. Плохо только, если у кого-то этот режим слишком отличается от других. Приходится всем подстраиваться под наиболее слабого, снижать темп движения, снимать с него часть груза, распределяя его между остальными участниками…

…С каждым днем все сложнее отгонять от себя мысли на гастрономические темы. Все-таки наша 780-граммовая суточная продраскладка, даже если ее калорийность 4000 ккал, это не 1,2 кг на человека, как было в прошлом году в советско-канадской экспедиции.

…А ведь нам во что бы то ни стало необходимо увеличивать темпы движения. Запасы продуктов и бензина у нас небезграничны, а впереди еще 650 километров».

30 марта наконец-то появилось солнце и штурману экспедиции В. Лощицу удалось сделать астрономические определения. После них группа была на грани отчаяния — к середине этого дня едва достигли широты 84°17′, на которой ставили лагерь еще 26 марта.

Решили нещадно экономить время, отпущенное на приготовление обеда и отдых. На сон оставляли не больше пяти с половиной часов. Накапливалась и психологическая усталость от сознания того, что каждое утро приходится хотя бы частично повторять путь, пройденный накануне…

Из дневника В. Чукова. 6 апреля, 32 день

«…Сегодня 80-я годовщина достижения человеком Северного полюса. Для нас это праздник. Остановились на обед у гряды мощных молодых торосов, укрывшись от неприятного сырого ветра. Но не успели еще сварить суп, как началось торошение. С каждой минутой оно все сильнее. Выскакиваю. Глыбы рушатся совсем рядом от задней стенки палатки. Полундра!!!

Лихорадочно выкручиваем ледобуры, на которых установлена палатка, выдергиваем лыжи, оттаскиваем палатку со всем ее содержимым, рюкзаки и санки метров на пятьдесят в сторону, через расходящиеся трещины в более безопасное место, и вновь принимаемся за обед. Несмотря на наше паническое бегство и кажущуюся неразбериху — никаких потерь, кроме трех кусков сахара, потерянных дежурным Федором Конюховым во время героической акции по спасению супа.

…Покидая место обеда, поежившись, мы отметили, что там, где вначале стояла наша палатка, распласталась многотонная ледяная глыба, рухнувшая с вершины наступавшей гряды высотою около пяти метров. Какие же еще сюрпризы поджидают нас в пути? К чему еще надо быть готовым? Когда же, наконец, можно будет хоть немного расслабиться, забыть, что под нами толща воды глубиной в четыре километра? А впереди еще половина пути…»

Из дневника В. Чукова. 11 апреля, 38 день

«За бортом ветер не на шутку, а главное — опять в лицо, северный, до 15—18 м/с. В таких условиях далеко не уйдешь. Принимаем сложное в нашей ситуации решение — останавливаемся на пурговку. О том, что пурга гонит нас вспять, пока думать не хочется…»

…Итак, сама природа позволила им немного расслабиться, восстановить утраченные силы. А впереди еще была примерно четверть пути, и трагедия, о которой пока никто из спящих не догадывался.

Ю. ВАРЛАМОВ, наш спец. корр.,

В. ЧУКОВ, мастер спорта по туризму, руководитель экспедиции «Арктика»

(Окончание в следующем номере)

Журнал «Турист» № 9 1989 г.

Оптимизация статьи - промышленный портал Мурманской области

Категория: Журнал "Турист" | Добавил: eastboy (24.03.2016)
Просмотров: 165 | Рейтинг: 0.0/0
Поиск
Друзья сайта
  • График отключения горячей воды и опрессовок в Мурманске летом 2018 года

  • Обучение по пожарно-техническому минимуму
  • Полярный институт повышения квалификации
  •  

     

    Copyright MyCorp © 2018
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz